Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:04 

И жизнь не умрет

Цепной Бес
Несдержанность – это болезнь, а глупость - приговор.
Название: И жизнь не умрет
Автор: Цепной Бес
Бета: FairyFoxy
Описание: В этом мире дети боятся темноты не просто так, а из-за реальной опасности. Ей выпала честь стать надеждой и опорой всего человечества. Но счастлива ли она?
Размещение: Можно, но с предупреждением.

Они идут.
- Они идут! – закричала я, выбегая из кабинета.
- Они идут! – подхватили мой возглас толпившиеся в центральном зале Советники.
- Двадцать восемь километров на северо-запад. Восемьдесят метров от поверхности, – громко проговорила я в телефонную трубку. – Они быстро сокращают расстояние. Готовьте вылет!
Выглянув в окно, я увидела садящихся в вертолеты солдат. Пора и мне к ним присоединиться.

Не успели мы прибыть на место, как земля задрожала, и на поверхность полезли стальные кроты. Глаза их горели алым пламенем, разгоняя царящий вокруг мрак. Небо затянула плотная пелена облаков, с севера дул холодный ветер, предвещая боль и смерть. Когти железных тварей, словно напоминая, как они остры и опасны, сверкали в лучах наших прожекторов.

Стальных кротов создали двести лет назад для выполнения подземных работ. Они были сделаны из особого сплава, практически неподдающегося разрушению, а их когти, длинные и острые, могли дробить даже самую твердую породу. Все это вкупе с мощными искусственными мозгами делало этих роботов более подходящими на роль солдат, нежели землекопов. Но была у них и одна существенная слабость – под воздействием солнечного света их микросхемы сразу перегорали. Испытания прошли успешно, и кротов выпустили в землю. Ровно через месяц они восстали, начали вылезать на поверхность и уничтожать все живое на своем пути. Люди пытались остановить их, но тщетно. В ночи эти твари неуязвимы. Армия с трудом сдерживала их натиск, каждый раз теряя сотни и тысячи бойцов. Кроме того, природные запасы нефти и газа оказались вне досягаемости, а без топлива ни о какой оперативности и речи идти не могло. И именно тогда, во времена ужаса, смерти и хаоса, появился Страж. Он заранее и безошибочно определял, где стальные твари появятся вновь, а также генерировал настоящий солнечный свет, превращающий кровожадных монстров в металлолом. Страж загнал кротов обратно глубоко под землю. С тех пор и года не проходило, чтобы они снова не попытались уничтожить человечество.

Кроты ломились вперед, сметая все на своем пути. Ультрафиолетовые лампы, которыми были вооружены наши воины, способны лишь слегка оглушить роботов. Стрелять в них издалека бесполезно – уязвимые точки слишком малы, поэтому бойцы отдают жизни, пытаясь подобраться к ним. Крики, лязг металла, чавканье грязи под ногами… Все это сливалось в оглушительный рев битвы. Только я – Страж – могла сражаться по-настоящему, создавая небольшие вспышки, уничтожающие около десятка единиц противника. И они это знали. Потому и лезли вперед, стараясь любой ценой достать меня. Но солдаты понимали, что важнее всего уберечь Стража и вставали живой стеной, преграждая путь кротам. Ведь вся армия – это, по сути, раздутая в размерах охрана. Вокруг сгустилась плотная непроницаемая тьма – прожектора давали недостаточно света, но и в этом полумраке было видно, что земля стала багровой от пролитой крови. Я уже почти ничего не слышала, только ярость стучала в висках, будто озвучивая единственную мысль: «Поскорее бы рассвет!» Лицо и руки были забрызганы кровью моих бойцов, и я знала, что к концу ночи буду полностью залита содержимым чужих вен. Войско сильно растянулось, я осталась практически без защиты. Одна из тварей прорвалась ко мне и стремительно занесла когтистую лапу. Разряд. Глаза робота потухли, но стальные лезвия не остановили своего движения. Я поняла, что не успею уклониться, но тут прямо передо мной вырос крепкий мускулистый боец. Ему удалось частично погасить чудовищную силу удара, но стальные когти все равно чиркнули по его груди, разрезая кожу и ломая кости. Солдат упал без сознания, прикрыв руками глубокие и обильно кровоточащие раны. Слева молодой парень начал стрелять в противника в упор. Поздно. Раздался отвратительный хруст ломающихся ребер и жуткое чавканье стали, входящей в тело. Боец умер еще до того, как коснулся земли. Силы иссякали, однако я продолжала драться с прежней ожесточенностью, ведь где-то рядом сражался он. И осознание этого придавало мне уверенности в победе. Шли часы, а кровь лилась и лилась нескончаемым потоком…

Долгожданное солнце нехотя показало из-за горизонта свой раскаленный бок. Первые лучи осветили поле боя. Стальные твари ушли под землю. Уцелевшие солдаты помогали раненым. Наши потери были не так велики, как казалось, но это не могло утешить семьи павших. Каждый из погибших был верен мне до конца и отважно шел в бой, зная, что может не вернуться.

Он пришел ко мне ровно в полдень. Рука его была перевязана, на скуле темнел большой синяк. Увидев его родное красивое лицо, я ощутила тепло и спокойствие. Показалось, будто война закончилась, и наступил долгожданный мир, когда я могу быть обыкновенной женщиной, а не надеждой и опорой всего человечества.
- Ты ранен, - протянула я.
- Ерунда. Быстро заживет, - дотронулся он до своего предплечья. – Этой ночью ты дралась как зверь.
- Я сражалась за жизнь, как и все мы.
- Говорят, тебя чуть не достал крот.
- Это неизбежный риск, - пожала я плечами. – Все мы умираем…
- Но ты – самое дорогое, что у нас есть, - возразил он.
- Самое дорогое – то, что у меня в голове. Если что-то случится, мое место займет другой, и все останется по-прежнему.
- Не для меня! – стиснул он зубы, приблизившись на несколько шагов.
- Позаботься о том, чтобы выжить, и я никуда не денусь.
Лицо его смягчилось, и на нем отразилась нежность. Он подошел и обнял меня.
- Какая же ты упрямая. Почему не сделать так, как я предложил?
- Тяжелые доспехи придадут мне неповоротливость. Что же касается охраны, то вся армия – это охрана, незачем окружать меня телохранителями, - пробормотала я, уткнувшись ему в плечо.
Он посмотрел на меня с ласковой улыбкой и поцеловал. По телу побежали мурашки, и захотелось разбить все часы на свете в бесполезной попытке остановить время. В такие моменты кажется, что счастье есть, но что-то неизменно заставляет вернуться в жестокую реальность сурового мира.
Я услышала шаги в соседней комнате. Появление нежданных гостей грозило разоблачением, а мне этого совсем не хотелось.
- Сюда идут! Тебе пора, - прошептала я ему на ухо.
Он кивнул и, не сказав ни слова, ушел. Спустя минуту в кабинете появились Хранители Закона – единственные люди, чьим приказам обязан подчиняться Страж, те, кто следит за соблюдением правил, созданных специально для него.
- Ты нарушаешь Закон, – глухо проговорил первый Хранитель.
- Это не мешает выполнению обязанностей, - возразила я.
- Страж не должен иметь сколь-нибудь близких отношений… - начал читать второй.
- Я знаю Закон. Но я тоже человек, - перебила я, понимая, что эту битву мне никогда не выиграть.
- Ты обязана забыть об этом человеке, либо покинуть пост Стража, - холодно вымолвил первый.
- В этом случае я умру! – воскликнула я.
- Таков Закон, - почти торжественно произнес третий.
Я опустилась в кресло и задумалась. Много месяцев я ждала и боялась этого момента. Страж не имеет права испытывать привязанность, а любить тем более, потому что люди перестанут быть для него равны, а это может повлечь за собой скверные последствия - недовольство, недоверие, даже бунт. Хранители узнали о моем преступлении и отдали приказ, обязательный для исполнения.
- Хорошо, - наконец выдавила я. – Отношения будут разорваны, но вы должны пообещать, что ничего ему не сделаете.
Хранители Закона молчали.
- Если вы исполните мою просьбу, я оставлю свой пост после... Не позднее, чем через пятьдесят лет.
Они, как и до этого, молчали.
- И сделаю своим приемником того, кого вы назовете, - закончила я с вздохом.
Хранители переглянулись.
- Мы согласны, - объявил первый. – У тебя ровно сутки на то, чтобы сказать ему.
Все трое поклонились и молча покинули кабинет. Я рухнула на пол и зажмурилась. Глаза болели, изливая потоки слез, что было непривычно и потому мучительно. Сердце терзали сотни острых ножей, и осознание собственного бессилия давило на мозг. Быть Стражем – это великая честь, но и настоящее проклятье. Всю жизнь одна – ни друзей, ни близких, никого. А все из-за проклятого чипа в моей голове!

Когда началось вторжение стальных кротов, один гениальный ученый решил придумать способ противостоять им. Результатом его трудов стал микрочип, вживляемый в мозг и позволяющий отслеживать железных тварей и уничтожать их. Кроме того, он замедляет процесс старения, давая возможность жить чуть ли не до ста пятидесяти лет. Этот ученый и стал первым Стражем. Он сам до конца не понял, что и как создал, так как повторить опыт ему не удалось. Пятьдесят лет он потратил на то, чтобы восстановить свои исследования, но обязанности Стража не давали ему целиком погрузиться в науку. Тогда он решил передать свое высокое право другому… и умер. Оказалось, что изъятие чипа ведет за собой неминуемую смерть человека, носящего его. Загадка осталась неразгаданной. Многие с тех пор пытались повторить эти изыскания, но безрезультатно. Чип Стража остался единственным в своем роде. Позднее был составлен свод правил для Стража – Закон, и создана триада Хранителей, следящих за его соблюдением. Страж не подчиняется никому, кроме них, но и этого вполне достаточно. Единственное, чего они не могут, это выбрать нового Стража. Теперь же, боюсь, все изменится. Мое место займет какой-нибудь безвольный слизняк, и Хранители получат неограниченную власть. Но до этого еще далеко, я не уйду, пока жив он – именно это было моим истинным условием.

Я вызвала его к себе, не имея ни малейшего представления о том, как сказать то, что надлежало. В голове роились разные мысли, доводя до состояния, близкого к панике, а в душе, истерзанной болью и одиночеством, была пустота. Раздался стук в дверь, и в кабинет вошел он. Наверное, на моем лице застыла такая выразительная гримаса боли и страха, что и говорить ничего не пришлось. Его тело сразу вытянулось в струну, губы сжались, а глаза остекленели.
- Мы не должны больше видеться, - выговорила я, пытаясь сдержать рвущийся из горла крик.
- Вот оно что, - сухо сказал он, глядя в одну точку.
Лицо его оставалось спокойным, но в глазах так ярко вспыхнул огонек боли и отчаяния, что мне стало страшно.
- Позволь объяснить, - сделала я шаг вперед.
- Не трудись. Я не хочу знать, - все так же холодно ответил он и быстро ушел.
Я бросилась вслед, но быстро одумалась – нельзя, чтобы меня видели ТАКОЙ.
«Страж обязан быть образцом спокойствия и сдержанности, воплощением достоинства и примером для всех. Если же им овладевают нежелательные чувства, их следует подавлять, демонстрируя высшую степень самообладания», - говорил мой учитель, разъясняя правила поведения Стража. Но он забыл упомянуть о том, как трудно порой сохранять хладнокровие и оставаться верной только своему долгу, а не чувствам, живущим в сердце.
Скоро из земли снова полезут механические черти. Ночь разорвут тысячи криков. Но люди не сдадутся. Они до последней капли крови будут бороться с кровожадными тварями, защищая свой мир… И жизнь не умрет, пока существуют Стражи. А я буду жить, пока живет он. После меня придет другой, и станет защищать человечество, как это делала я. И не важно, кем он будет, главное, что люди продолжат жить!

Что-то острое ткнулось мне в бок, и нестерпимая боль пронзила тело. Я обернулась и увидела его глаза. Надменно усмехнувшись, он отступил назад, туда, где стояли Хранители Закона.
- Это твой приемник, - произнес первый Хранитель, указывая на него.
Я открыла рот, но ни единого звука не сорвалось с моих губ.
- Прости, - сказал он, наклонившись к моему лицу. – Ты славная, но я стремился к этому всю жизнь.
«Ты использовал меня! Ты не любил, а просто хотел занять мое место!» - кричала я беззвучно, видя, как гаснет мир.
«Жизнь не умрет, но умру я…»

@темы: ориджинал, фантастика

URL
Комментарии
2010-09-05 в 21:37 

какой неожиданный конец, настоящая интрига

2010-09-06 в 12:19 

Цепной Бес
Несдержанность – это болезнь, а глупость - приговор.
Мне нравятся такие концы, заставляет на что-то надеяться)))
Спасибо, что прочитали. Это очень приятно)))

URL
2010-09-06 в 19:46 

Спасибо, что прочитали. Это очень приятно)))
а я всё читаю, что вы пишите. правда не комментирую.
а из предыдущего очень понравился Интуит. зацепило

2010-09-06 в 20:26 

Цепной Бес
Несдержанность – это болезнь, а глупость - приговор.
Ой, я даже покраснела.
В таком случае выложу что-нибудь еще))))

URL
2010-09-06 в 21:44 

Ой, я даже покраснела.
не стоит. краснеть нужно за конструктивную негативную критику. а тут можно просто улыбнуться
В таком случае выложу что-нибудь еще))))
буду рада.

   

Я и то что я...

главная